WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |

«Выпуск III (2011) ISSN 1821–3146 УДК 811.161.1 РУСКИ ЈЕЗИК КАО ИНОСЛОВЕНСКИ (Књига III Савремено изучавање руског језика и руске културе у инословенској средини ...»

-- [ Страница 5 ] --

Они звучали бы сухо и неестественно. Это лишь доказывает необходимость в более полной и более подробной презентации словарного материала, а также потребность в применении принципа широкой эквивалентности. В данной свяРусский язык как инославянский III (2011) зи, как мы попытались продемонстрировать, определенную роль в обогащении словарной статьи оптимальными регулярными соответствиями могут сыграть устойчивые выражения в языке перевода (ПЯ), синонимичные словам ИЯ.

3. Перевод и обогащение двуязычного словаря контекстуальными синонимами. Контекстуальными синонимами следует считать слова, которые сближаются в семантическом и в функциональном аспектах только в рамках определенного словесного окружения [Бояджиев 2007, с. 137]. Вне контекста отношения синонимии между ними не устанавливаются, хотя они могут находиться в более или менее близких ассоциативных связях. Поэтому, как правило, контекстуальных синонимов не включают в словари синонимов. Однако, для переводчика контекстуальная синонимия в плоскости ПЯ и ИЯ имеет очень существенное значение. Напомним, что он всегда оперирует словом в контексте и подбирает соответствия при переводе именно исходя из контекста, то есть опираясь на реализованное в нем значение переводимой единицы. Регулярность, повторяемость и узуальность данного контекста, разумеется, могут потребовать одних и тех же соответствий при переводе, и, наоборот, если переводчик имеет дело с окказиональным (индивидуальным), нерегулярным контекстом, то возможность использовать один и тот же эквивалент больше, чем один раз, сводится на ноль. С другой стороны, составители двуязычных словарей должны учитывать регулярность и узуальность контекстуальных употреблений и фиксировать типичные случаи в качестве иллюстративных примеров, снабжая их переводами на выходной язык словаря. Именно здесь мы видим возможность включать в контекстуальный корпус словаря обнаруженные при сопоставлении переводов и оригиналов межъязыковые контекстуальные синонимы только в качестве иллюстративных примеров при широком понимании эквивалентности и только при условии их регулярности и узуальности. Наоборот, если речь идет об окказиональных (индивидуальных) контекстах, то включение таких контекстов и их переводов на выходной язык словаря в словарную статью даже в качестве иллюстративного материала представляется нецелесообразным. Далее мы проиллюстрируем на примерах возможность включения в контекстуальный корпус словаря некоторых близких в ассоциативном плане межъязыковых контекстуальных синонимов.

Так, например, семантика русского слова велеть и болгарского накарвам не позволяет считать их общеязыковыми синонимами, несмотря на то, что между ними наблюдается определенная ассоциативная близость. В рамках контекста, однако, они могут заменять друг друга, что превращает их в потенциальные члены иллюстративной части двуязычного словаря:

как-то, еще при Паратове, костюмированный вечер, так Карандышев оделся разбойником, взял в руки топор и бросал на всех зверские взгляды, особенно на Сергея Сергеича.

В о ж е в а т о в. Топор отняли и переодеться велели, а то, мол, пошел вон!

(А. Островский, Бесприданница, 1950) В о ж е в а т о в. (...) Идва ми на ум и друга комедия с него [с Карандишев]:

един път, още по времето на Паратов, те [Огудалови] направиха бал–маске, та тоя Карандишев се облече като разбойник, хвана една брадва и хвърляше на всички зверски погледи, най-вече на Сергей Сергеич.

В о ж е в а т о в. Взеха му брадвата и го накара.ха да се преоблече, ако не – друм! (А. Островски, Без зестра, 1973) Обратимся к словарным данным о семантике исследуемых единиц:

велеть, приказать (приказывать), распорядиться (распоряжаться) [МАС 1981, 1, с. 146].

велеть, -лю, -лишь, св. и несв. Д / инф, Д / съюз чтобы. 1. Да заповядам [заповядвам]; да (се) разпоредя; велели, чтобы к утру все было готово заповядаха всичко да е готово до сутринта; Велите ее [собачку Муму] принести (Тург.). Заповядайте да го донесат [кученцето Муму]. 2. (прост.) Да заръчам, да помоля; да наредя [РБС 1986, 1, с. 144].

накарвам, принуждавам, заставям или скланям, убеждавам някого да извърши, да направи нещо [БТР 2008, с. 246].

«Контекстуальность» синонимических отношений доказывается наличием в словаре синонимов двух синонимических рядов: для словарного соответствия заповядвам и для контекстуального накарвам, которые не пересекаются:

накарвам – принуждавам, заставям, насилвам, карам, задължавам, натоварвам / / скланям, придумвам, убеждавам, увещавам [БСР 1968, с. 257].

заповядвам – повелявам, разпореждам се, нареждам, предписвам, диктувам, издавам, (давам) заповед, водя, ръководя, командвам, управлявам, началствам, властвам, господарствам [БСР 1968, с. 141].

Отметим также, что в корпусе параллельных русских и болгарских текстов зафиксировано 169 словоупотреблений глагола велеть и 7 словоупотреблений глаголов карам / накарам (около 4,2 %) в качестве соответствий, что доказывает возможность включить их в иллюстративную часть словаря.

Уместной ввиду типичности ситуации представляется нам и фиксация следующего случая контекстуальной синонимии, несмотря на низкую частотность соответствия в электронном корпусе (2 из 432 словоупотреблений, 0,46%):

изволили спртuивать?

В о ж е в а т о в. Да, две порции. (А. Островский, Бесприданница, 1950) Г а в р и л о. Две nорции ли благоволихте да поръчате?

В о ж е в а т о в. Да, две nорции. (А. Островски, Без зестра, 1973) В словарях находим следующие дефиниции данных слов: спрашивать, Несов. к спросить, 2. Попросить что-л., обратиться с просьбой дать, предоставить что-л. [МАС 1984, 4, с. 232].



спрашивать, -аю, -аешь, несв. 1. у Р / о П, В. Питам, запитвам. 2. В Изпитвам, питам, дигам, препитвам (ученик). 3. в, Р / у Р Искам, поисквам, моля (нещо, разрешение да взема нещо, да ми се даде нещо). 4. В Търся, викам;

искам да видя; вас спрашивают търсят ви. 5. с Р / за В Търся отговорност (от някого), държа отговорен (някого) [РБС 1985, 2, с. 614].

поръчам / поръчвам, Казвам някому да направи или да достави, да донесе нещо [БТР 2008, с. 704].

В синонимическом словаре словарная статья к слову поръчвам не содержит зафиксированных в РБС словарных соответствий:

поръчвам – заръчвам нар., нареждам 2, възлагам, наръчвам диал. [БСР Приведенные выше примеры не зафиксированных в двуязычном словаре соответствий, синонимичных зафиксированным, а также их частотные характеристики показывают, что сопоставительный анализ оригиналов и переводов с помощью электронных инструментов предоставляет практически безграничные ресурсы для преодоления „синонимической недостаточности” двуязычного словаря. Включение в словарь развернутого ряда общеязыковых и контекстуальных синонимов при четкой дифференциации их семантико-стилистических и контекстуальных особенностей способствует повышению его функциональности и превращает его в подробный справочник активного типа.

ЛИТЕРАТУРА

Берков 1971 – В.П. Берков, О словарных переводах. Мастерство перевода, Москва, сб. 8, стр. 340-362.

Бояджиев 2007 – Т. Бояджиев, Българска лексикология. София: Университетско издателство „Св. Климент Охридски”.

Васева 1982 – И. Васева, Теория и nрактика перевода. Учебник для студентов ІІ–ІІІ курса русской филологии. София: Наука и искусство.

Медникова 1974 – Э. М. Медникова, Значение слова и методы его описания.

Москва: Высшая школа.

Комиссаров, Туровер 1975 – В. Н. Комиссаров, Г. Я. Туровер, Перевод как лингвистический источник. Тетради переводчика, Москва, № 12, стр. 19-32.

Рецкер 1974 – Я. И. Рецкер, Теория перевода и nереводческая nрактика. Москва:

Международные отношения.

Фомина 1983 – М. И. Фомина, Современный русский язык. Лексикология. Москва:

Высшая школа.

Флорин 1978 – С. Флорин, Необходимое пособие. Мастерство перевода, Москва, сб. 8, стр. 327-340.

СЛОВАРИ

Български синонимен речник. София: Наука и изкуство, 1968 (БСР І). Български синонимен речник. София: Хейзъл, 2000 (БСР ІІ). Български тълковен речник. София: Наука и изкуство, 2008 (БТР).

Речник на българския език. София: Изд-во на БАН / Акад. изд–во Проф. Марин Дринов, 1977 – 2004 (РБЕ).

Русско–болгарский словарь: В 2–х т. София: Наука и изкуство, 1985 – Словарь русского языка: В 4-х томах. Москва: Русский язык, 1981 – Фразеологичен речник на българския език: в 2 тома. София: Изд-во на БАН, 1974 – 1975 (ФРБЕ).

Фразеологичен синонимен речник на българския език. София: Хейзъл, (ФСРБЕ).

ПРЕВОД – ДВОЈЕЗИЧНИ РЕЧНИК – СИНОНИМИЈА

(На материјалу корпуса паралелних руских и бугарских текстова www.rbcorpus.com ) Рад је посвећен питањима лексикографске вредности превода и преводилачких решења, као и њихове улоге у обогаћивању преводног речника синонимима. Питање узајамне везе између речника и превода више пута је покретано у радовима из традуктологије и лексикографије, премда претежно у смеру од речника ка преводу. Недовољно је осветљено питање како и у којој мери поређење оригинала и превода може послужити као извор за двојезични речник. На материјалу корпуса паралелних руских и бугарских текстова www.rbcorpus.com образлаже се неопходност обогаћивања двојезичних речника општејезичким и контекстуалним синонимима, као и фиксираним изразима који су синонимни с почетном речју оригинала. Користе се и статистички подаци о фреквентности преводилачких решења, наглашава се њихова умесност и лексикографски значај у оквирима широко схваћене еквивалентности.

Кључне речи: двојезчина лексикографија, општејезички и контекстуални синонимии, корпусна лингвистика, превод.

Получено 26 января 2011 г.

Наталья Борисовна Битехтина Государственный институт русского языка им. А.С.Пушкина Москва, Россия

ПРАГМАЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ АНАЛИЗА

РУССКОЙ РЕЧИ И ОБУЧЕНИЕ РУССКОМУ ЯЗЫКУ

КАК ИНОСТРАННОМУ

Аннотация: Доклад посвящён рассмотрению возможностей прагмалингвистического анализа русской речи, позволяющего выявить те свойства и особенности условий функционирования языковых единиц разных уровней (лексического, грамматического, интонационного и дискурсного), которые связаны с такими факторами процесса общения, как наличие и характер пресуппозиций, характеристики коммуникантов и ситуации общения, способы выражения интенций и модальных отношений, соблюдение принципа вежливости. В докладе показано, что результаты прагмалингвистического анализа служат основой для создания лингводидактических правил, необходимых для овладения навыками речевого общения на русском языке.

Ключевые слова: прагмалингвистический анализ речи, прагмалингвистическая компетенция, компоненты процесса общения, пресуппозиция, статус коммуникантов, причины коммуникативных неудач, прагматические условия выбора языковых средств, употребления видов глагола и глаголов движения, некатегориальное употребление грамматических форм.

PRAGMALINGUISTIC ASPECT OF RUSSIAN SPEECH ANALYSIS AND TEACING

RUSSIAN AS A FOREIGN LANGUAGE

Abstract: The paper deals with a pragmalinguistic approach to analysis of Russian speech in terms of teaching Russian as a foreign language. Pragmalinguistic analysis helps to reveal the characteristics of linguistic units and the rules of their usage in speech, which are connected with speech communication components: presupposition, communicants’ status, communicative situation factors, etc. Some results of pragmalingistic analysis are observed, some pragmatic conditions for linguistic means selection are shown (use of verbal aspects and verbs of motion, noncategorial usage of grammar forms, intonation and lexical meaning in Russian dialog). The importance of pragmalingistic analysis for practical teaching/studying of Russian as a foreign language is pointed out.

Key words: pragmalinguistic analysis of speech, pragmalingual competence, speech communication components, presupposition, communicants’ status, communicative mistake, pragmatic conditions of the linguistic means of selection, use of verbal aspects and verbs of motion, noncategorial usage of grammar forms Думается, не будет большим преувеличением сказать, что в наше время основной целью изучения иностранных языков, и в том числе русского как иносПрагматический аспект анализа русской речи и обучение русскому языку...

транного (РКИ), является овладение языком как средством общения, средством достижения практических (образовательных, профессиональных, коммуникативных и др.) жизненных целей.

Речевое общение – это взаимосвязанная и взаимообусловленная деятельность по крайней мере двух коммуникантов, осуществляемая посредством языка.

Ориентировочной основой этой деятельности является коммуникативная компетенция, которую составляет ряд взаимосвязанных компонентов, основными среди которых являются: языковая компетенция, предполагающая владение языковыми средствами разных уровней (фонетического, лексического, морфологического, синтаксического, текстового, дискурсного); речевая компетенция, означающая владение речевыми навыками и умениями, т.е. умение пользоваться языковыми и речевыми средствами в процессе осуществления речевой деятельности в разных её видах; социокультурная (межкультурная), заключающаяся во владении необходимыми знаниями в области социальной и культурной жизни речевого сообщества носителей изучаемого языка, а также умении использовать эти знания в речевом общении; коммуникативная компетенция (в узком смысле термина) – умение общаться на изучаемом языке с разными людьми в разных ситуациях, решая разнообразные коммуникативные задачи; а также прагмалингвистическая компетенция, то есть „владение необходимыми прагматическими знаниями и навыками, обеспечивающими речевое общение: умение, исходя как из лингвистических, так и из экстралингвистических факторов, анализировать и оценивать ситуацию общения, ориентируясь на картину мира, отражаемую средствами изучаемого языка; умение анализировать и оценивать цели, стратегии и тактики общения; владение свойственными данному речевому сообществу поведенческими навыками, сопутствующими общению“ [Битехтина, Битехтина 2008: 253]. От полноты и степени сформированности этих компетенций зависит успех коммуникации как на родном, так и на неродном языке. Коммуникативная неудача – свидетельство того, что учащийся не в полной мере обладает существенными для реализации его коммуникативного намерения знаниями и умениями лингвистического, социо-культурного и прагматического характера. Нередко причина комуникативных неудач заключается в недостаточной сформированности именно прагмалингвистической составляющей коммуникативной компетенции, и осознание этого факта привлекло в последние десятилетия активное внимание русистов и преподавателей РКИ к исследованию прагмалингвистических компонентов в языке и речевом общении.

Прагмалингвистический подход к анализу языковых фактов и закономерностей позволяет увидеть и выделить те свойства языковых единиц и особенности условий их функционирования, которые связаны с такими компонентами и факторами процесса общения, как – субъект речевых действий, осуществляющий выбор языковых и речевых средств для реализации интенций, – ориентация в ситуации общения, – фактор адресата, 158 Русский язык как инославянский III (2011) – наличие и характер пресуппозиций;

– способы выражения коммуникативных намерений, модальных отношений, оценок, эмоциональных состояний, – принципы, тактики и стратегии общения. [Формановская 2007] Остановимся на нескольких примерах, которые показывают присутствие прагмалингвистичского компонента при функционировании языковых единиц разных уровней и, соответственно, доказывают необходимость прагмалингвистического анализа речи для усовершенствования как собственно лингвистического, так и лингводидактического описания русского языка, на которое опираются в своей работе преподаватели-практики и авторы учебных пособий в области РКИ.

Рассмотрим фрагменты двух важных тем русской грамматики, в части своей связанных друг с другом: употребление видов глагола и глаголов движения. Для корректного использования данного языкового материала необходимо учитывать такие прагматическите компоненты, как наличие и характер пресуппозиций и параметры ситуации общения. Так, при употреблении глоголов несовершенного и совершенного вида в прошедшем времени при выражении так называемых общефактического и конкретнофактического значений для выбора глагола соответствующего вида говорящему необходимо иметь в виду наличие/отсутствие пресуппозиции: отсутствие или наличие предваряющего высказывание знания говорящего о намерении собеседника(или третьего лица) совершить какое-либо действие, ср.: а) Вы смотрели новый фильм Кончаловского? ( у говорящего нет никаких представлений о том, имел ли слушающий намерение посмотреть этот фильм); б) Вы посмотрели новый фильм Кончаловского? (глагол совершенного вида может быть использован только в том случае, когда говорящий знал о намерении собеседника посмотреть этот фильм; в высказываниях такого типа может присутствовать наречие уже и междометные компоненты Ну, ну как, ну что усиливающие результативную семантику, потенциально заложенную в глаголе совершенного вида).

При употреблении форм повелительного наклонения глаголов несовершенного и совершенного вида пресуппозиция тоже играет определённую роль.

Стимулируя совершение какого-либо действия с помощью волеизъявительного высказывания, включающего глагол форме повелительного наклонения, говорящий исходит не только из естественной потребности нацелить слушающего на совершение действия процессуального, повторяющегося или однократного / законченного / результативного, но также учитывает специфические характеристики данного действия в конкретной ситуации общения: действие ожидаемое, рутинное, принятое в данной ситуации или, напротив, действие внезапное, неожиданное; действие, которое должно было начаться, но его начало по каким-либо причинам задерживается (вариант: уже начавшееся и требующее продолжения действие), или, напротив, действие, которое только требуется начать. Если мы вежливые люди и для нас предложение пройти в комнату и Прагматический аспект анализа русской речи и обучение русскому языку...

присесть, адресованное контролёру электроэнергии, является естественным, мы используем в своих высказываниях формы повелительного наклонения глаголов несовершенного вида: Проходите, садитесь. Если же в пресуппозиции говорящего нет представлений о нормативности, обыденности происходящего, мы можем использовать в данной ситуации глаголы совершенного вида: Пройдите, присядьте. Аналогично, реплика – реакция на стук в дверь, например, в кабинет врача будет включать глагол несовершенного вида: Входите! или Заходите!

(доктор готов к тому, что к нему в кабинет периодически входят посетители), а главврач поликлиники скорее отреагирует на стук высказыванием с глаголом совершенного вида: Да, войдите! Если действие уже началось (человек уже приоткрыл дверь и застыл на пороге), его продолжение стимулируется высказыванием с глаголом несовершенного вида: Входите! Да проходите же! Ср.: а) высказывание, стимулирующее начало нового действия: Откройте тетради, напишите число. б) высказывание, стимулирующее действие, которое должно было начаться, но его начало задерживается: Открывайте, открывайте тетради, пишите. В) сочетание двух типов высказывания в речевом ходе одного говорящего: Откройте окно, пожалуйста. Да открывайте, открывайте, чего вы боитесь?! Как мы видим, прагмалингвистический анализ речи, включающий анализ ситуации и пресуппозиции, а также ролевых соотношений участников коммуникации, является весьма полезным для понимания употребления видов глагола в императиве.

Говоря о специфике употребления в речи глаголов движения, следует заметить, что параметры ситуации общения (в том числе пространственные характеристики) играют существенную роль в выборе того или иного глагола. Так, фразы Смотри, Сашка идёт; Автобус идёт; Тихо! Директор идёт! означают, что субъект высказывания движется по направлению к говорящему. Если человек, за движением которого наблюдает говорящий, движется не в сторону говорящего, в высказывании непременно будет уточнение, указывающее на иное направление движения: Сашка куда-то идёт, Сашка в буфет идёт и т.п. При этом учащиеся, уже познакомившиеся со значением глаголов движения с приставками, знают, что глаголы с приставкой ПРИ- могут означать прибытие в пункт назначения, в том числе совпадающий с местонахождением говорящего (Гости пришли. Такси уже приехало.), что при незнании описанного правила употребления глаголов движения группы „идти“ может вызывать ошибки типа „*Вон поезд приходит“, „*Катя, приходи!“ (вместо „иди ко мне, иди сюда“).

Ещё одно из употреблений глаголов типа „ходить“, осваиваемое учащимися уже на начальном уровне, часто объясняется через синонимичную конструкцию „ходить куда?“ = „быть где?“ (Я ходил в театр.=Я был в театре.) Однако в речи учащихся, правильной с формально-грамматической точки зрения, появляются ошибки такого рода: *Вчера вечером Вонг ходил ко мне. Эту ошибку можно предупредить, если уточнить правило указанием на то, что глаголы типа „ходить“ обозначают двунаправленное движение в том случае, когда движение совершает говорящий и оно направлено от „стартового“ местоположения говорящего в какое-либо место и обратно, если же движение другого лица направлено к говорящему и обратно, используются глаголы с приставкой ПРИ-: Вчера вечером Вонг приходил ко мне. При описании перемещения лиц, не связанных координатами ситуации общения, данное уточнение несущественно: Вчера Лена ходила к Ане.

Сегодня Аня ходила к Лене. Однако при рассказе о третьих лицах говорящий может позиционировать одного из них в качестве „исходного“ по признаку местонахождения, ведя повествование как бы с позиции данного лица. В этом случае опять действует описанное уточнение: Ср.: а) правильно: Вчера бабушка ходила к соседке. Вчера к бабушке приходила соседка. б) неправильно:*Вчера к бабушке ходила соседка. Для предотвращения подобных ошибок необходимо, знакомя учащихся с глаголами движения, уточнить правила их употребления с учётом параметров ситуации общения.

Исследователи отмечают, что для русского языка, особенно в его устной, разговорной форме, а значит – в естественном общении – характерно широкое употребление грамматических форм, „значение которых в реальном контексте не совпадают с общеизвестными значениями данных грамматических категорий в системе традиционной формальной грамматики“[Кузьменкова 2000, 114]. Пониманию и освоению таких способов некатегориального употребления грамматических форм, основное грамматическое значение которых уже усвоено учащимися, могут способствовать комментарии с позиций прагмалингвистического анализа речи. Рассмотрим некоторые из наиболее частотных случаев некатегориального употребления грамматических форм.

– Употребление формы множественного числа вместо единственного (с нарушением референции) а) для усиления семантики высказывания: Не устраивай скандалов. Нет времени чаи распивать. б) для создания атмосферы доверительности, соучастия: На что жалуемся? Что у нас болит? Вот как мы хорошо покушали!

– Употребление формы повелительного наклонения для выражения:

а) значения нереального условия в придаточном предложении: Будь я директором, отменил бы классный час. Позвони ты на три минуты раньше, застал бы меня дома.; б) уступительного значения (в сочетании с союзом хоть):

Его, хоть из пушки стреляй, не разбудишь. Этот стих, хоть сто лет учи, не выучишь. в) значение субъективно осознаваемой невозможности: Купил АИФ?

– Попробуй купи его утром!

– Употребление неопрделённой формы глагола при выражении: а) приказа, запрета ( во взаимодействии с соответствующими интонационными средствами):

Стоять! Не спать!; б) значения предстояния (в конструкциях Д.п.+инфинитив):

Быть дождю. Мне скоро уезжать. в) долженствования, необходимости (в конструкциях Д.п.+инфинитив): Тебе завтра рано вставать? Мне в среду дежурить.

– Употребление форм прошедшего времени глагола, не обозначающих действие в прошлом, а выражающих а) совет (совмещённый со значением усПрагматический аспект анализа русской речи и обучение русскому языку...

ловия, относящегося к будущему: Выучил всё как следует, и никаких проблем на экзамене не будет.; Где взять деньги? –Где? Продал машину – вот тебе и деньги!; б) рекомендация, приказ (в категорической форме) – действие, требуемое к исполнению, названо формой прошедшего времени как уже выполненное:

Сейчас объясню как пройти, значит, так: вышли из института, повернули направо, прошли до перехода... ; Открыли тетради! Замолчали все! в) действие в будущем, в неизбежности свершения которого говорящий уверен в настоящем:

Ну, мы пошли! Я пропал!

– Употребление форм будущего времени для обозначения: а) действия в настоящем, которое говорящий не может осуществить: Никак не пойму. Ничего не поделаешь. Тут никак не проедешь. б) внезапных, интенсивных действий в прошлом: Он как вскочит! Она как закричит!

Поскольку явления некатегориального употребления грамматических форм характерны прежде всего для живой разговорной речи, знакомство с ними следует осуществлять на основе текста и в ряде случаев важно, чтобы это был звучащий текст, так как фонетико-интонационная составляющая в выражении интенций (приказ, просьба, разрешение, выражение долженствования и невозможности и пр.) не менее важна, чем лексико-грамматический состав высказывания. Для понимания учащимися подобных специфических языковх явлений очень важна роль контекста и осознанной (прокомментированной) ситуации общения: без этих составляющих практически недоступны для понимания многие инфинитивные предложения, в которых соотнесение с наклонением и временем (и, соответственно, восприятие результирующего значения) осуществляется за счёт взаимодействия семантики лексического наполнения, интонационного оформления, контекстных связей и анализа ситуации общения.

Учёт компонентов ситуации общения, в том числе соотношения статуса коммуникантов, является важным ориентиром при выборе языковых и речевых средств в общении. Ошибка в выборе нередко приводит к коммуникативной неудаче. Нарушения статусной нормы часто обнаруживаются при ошибочном выборе формы обращения (*Преподаватель!), приветствия и прощания (например, приветствие Привет! или формула прощания Увидимся!, адресованные студентом преподавателю); при употреблении форм личных местоимений (употребление местоимения ты по отношению к старшему или малознакомому человеку) и соответствующих форм глагола (*Извини, уже прочитала мою работу?- в обращении к преподавателю). Нарушение принципа вежливости проявляется в употреблении личных местоимений третьего лица он, она, они в первом речевом шаге диалогической реплики. Ср: а) высказывание, оформленное с нарушением норм вежливости: – Кто вам об этом сказал? – Он сказал (говорящий показывает рукой или глазами на стоящего рядом товарища по группе); б) высказывание без нарушений норм вежливости: – Кто вам об этом сказал? – Альберто. Он читал объявление. (говорящий так же, как и в первом случае, показывает рукой или глазами на стоящего рядом товарища).

Нередко наблюдается нарушение прагматических ситуативных условий при употреблении этикетных клишированных фраз (например, использование формулы прощания До встречи! в ситуации, не содержавшей договорённость о следующей встрече или информацию о её необходимости). Рассмотрим ещё одну ситуацию коммуникативной неудачи на уроке русского языка в иностранной аудитории (продвинутый этап обучения). Преподаватель в конце урока задаёт домашнее задание и говорит, что студентам следует прочитать текст и выполнить ряд упражнений. В ответ студентка говорит: “Ладно“. Преподаватель (носитель русского языка) испытывает ощущение коммуникативного диссонанса: студентка допустила ошибку, неверно выбрав вариант для ответа-согласия в данной ситуации. В чём же причины этой коммуникативной ошибки?

Прагмалингвистический анализ фрагментов диалогической речи, включающих использование данной формы ответа-согласия, позволяет выявить эти причины и сформулировать правила употребления слова „Ладно“ в ответ на предложение, рекомендацию, просьбу. В результате анализа, включающего оценку социального статуса коммуникантов, тип ситуации общения, регистр общения, а также анализ интенционального содержания высказываний, можно сделать вывод, что в русской диалогической речи в ответ на предложение, просьбу, рекомендацию слово ладно означает вынужденное согласие на просьбу или предложение собеседника, согласие-компромисс, родившееся после уговоров, обсуждения (обдумывания), в процессе которого изначально несогласный или неуверенный в своём положительном решении человек в конце концов принимает предложение собеседника, в результате чего данный ответ может носить оттенок снисходительности, неуверенности или раздражения. Ср:

– Давай встретимся в четыре. – Нет, мне это неудобно, я заканчиваю в час, где я буду болтаться? – Ну пожалуйста, я раньше не смогу... – Ну ладно.

Давай в четыре. Или: – Можешь вечером перезвонить? – М..., ну ладно, позвоню.

Как видно из второго примера, ответ-согласие ладно может появляться в речи не только при уговаривании, однако это слово используется только после того, как отвечающий обдумал и взвесил свои возможности по отношению к высказанному предложению или просьбе и внутренне согласился с предлагаемыми условиями:

Ср.: а) -Давай завтра в кино пойдём? – Давай!(Хорошо!) (полное совпадение намерений или желаний собеседников); б) – Давай завтра в кино пойдём? – Ладно, давай (второй собеседник даёт ответ, обдумав свои возможности, желания и потребности, при этом он может не сообщать о них собеседнику; однако зачастую после ответа, включающего лексему ладно, следует какое-либо уточнение условий, например: „Ладно, но только во второй половине дня“). При общении равных по социальному статусу собеседников, когда просьбы и предложения высказываются в ситуациях, равно предполагающих как полное согласие, так и согласие с условием либо отказ, ответ Ладно не нарушает норм коммуникации и принципа вежливости. Однако такой ответ в ситуации формального общения студента и преподавателя, ситуации, подразумевающей „приём информации без комментариев“, звучит, мягко говоря, невежливо по отношению к человеку Прагматический аспект анализа русской речи и обучение русскому языку...

более высокого социального статуса и старшему по возрасту. Причиной ошибки послужило то, что в наборе контекстов, через которые учащаяся познакомилась со значением и условиями функционирования данной единицы, не проявилась чётко её специфика и отличие от такой реплики-реакции на рекомендацию, просьбу или предложение, как Хорошо, передающей нейтральное значение согласия-приятия, которую и следовало бы выбрать в диалоге с преподавателем в описанной ситуации. Думается, что профилактика подобных коммуникативных промахов может быть обеспечена благодаря прагмалингвистическим комментариям, сопутствующим изучению русского языка на всех этапах обучения.

Прагмалингвистический анализ, т.е. анализ речи с учётом фактора адресата и ситуации общения не только помогает правильно понять выражаемые в речи модальные оттенки, но и предупреждает ошибку лингвиста, склонного незаслуженно приписывать некоторому языковому средству свойства, которые ему, на самом деле, не присущи. Поясним на примере. В пособиях, посвящённых русской интонации, встречается утверждение, что интонационная конструкция ИК- служит „в повествовательных предложениях для выражения вызова“[Одинцова 2004, стр. 218] в ситуациях наподобие следующих: а) Учитель: – Аня, ты сделала домашнее задание? – Сделала (ИК-4); б) Подруга: – Ты читала Маяковского? – Читала. (ИК-4) – А Горького? – Тоже читала. (ИК-4). Анализ, проведённый с помощью группы информантов – носителей русского языка (20 человек, в их числе лица, имеющие филологическое образование и владеющие навыками слухового интонационного анализа), показал, что, при одинаковом интонировании реплик с ИК-4 в обоих диалогах, в диалоге подруг значение вызова не воспринимается, реплика с ИК-4 по сравнению с репликой того же лексико-грамматического состава, произнесённой с ИК-1, воспринимается как выражающая большую степень уверенности. В диалоге учителя и ученицы около 30% информантов (6 человек) «расслышали» вызов в реплике с ИК-4. Однако при том, что интонационное оформление предъявляемых образцов с ИК-4 в обеих ситуациях было идентично, становится понятно, что мы наблюдали «наведённое» впечатление у этих шести информантов, а ощущение вызова складывалось благодаря оценке информантами ситуации и соотношения социального статуса коммуникантов: в ответ на «деловой» вопрос учителя усиление степени уверенности может расцениваться как вызов. Такие прагматически существенные компоненты, как отношение говорящего к высказываемому(уверенность/неуверенность, положительная или отрицательная оценка, ирония и т.д.) и к собеседнику (уважение, пренебрежение, равнодушие и т.д.) в русской речи выражается не только лексико-грамматическими, но также, и не в меньшей мере, фонетико-интонационными средствами.

[Брызгунова 1984]. Однако при анализе языкового и речевого материала и тем более при обучении иностранных учащихся русской звучащей речи следует всегда иметь в виду, что результирующее значение звучащего высказывания в речи возникает при взаимодействии лексики, грамматики, интонации, контекста и коммуникативно значимых прагматических компонентов ситуации общения.

164 Русский язык как инославянский III (2011) Живое непосредственное общение на русском языке, помимо уже упомянутых нами явлений, насыщено огромным количеством языковых и речевых элементов, для освония которых требуется прагмалингвистический комментарий.

Среди них – клишированные выражения и богатая фразеология, косвенные и ситуативно-обусловленные формы выражения речевых интенций, использование прецедентных текстов, неполные предложения, междометия и частицы, которые в устной разговорной речи зачастую заменяют полные грамматически оформленные высказывания (Я- в парк, она – за мной.; А старуха? – А я её того! Ты зачем все деньги потратил? (упрёк); Ну да? Да ну? Да нет. Надо же! Вот это да!). Подобные незаменимые с точки зрения общения элементы нередко остаются за пределами учебных текстов, во многом в силу того, что с трудом поддаются переводу и толкованию. Однако без знания их семантики и употребления невозможно адекватно воспринимать русскую речь как в реальном общении, так и при просмотре фильмов и чтении современной литературы.

Представляется, что именно прагмалингвистический подход к анализу русской речи позволяет выявить те особенности языковых единиц и/или закономерности их реализаций, которые невозможно увидеть или верно интерпретировать при анализе одного только речевого продукта (текста), без учёта прагматических составляющих и условий, в которых протекает речевое общение, а следовательно, такой подход даёт возможность более точно сформулировать правила употребления языковых и речевых единиц применительно к реальной коммуникации. Таким образом, результаты прагмалингвистического анализа русской речи служат совершенствованию функционально-коммуникативного описания русского языка и тем самым расширяют лингвометодическую базу его преподавания как иностранного.

ЛИТЕРАТУРА

Битехтина, Битехтина 2008 – Г.А. Битехтина, Н.Б. Битехтина, Реализация функционально-коммуникативной лингводидактической модели русского языка в практике преподавания РКИ: лингвистический, психологический и лингводидактический аспекты. Язык, литература, культура: Актуальные проблемы изучения и преподавания: Сборник научных и научно-методических статей. Москва: МАКС-Пресс, вып.4, стр. 250-265.

Брызгунова 1984 – Е.А. Брызгунова, Эмоционально-стилистические различия русской звучащей речи. Москва: МГУ.

Кузьменкова 2000 – В.А. Кузьменкова, Грамматика и прагматика (о некоторых явлениях русской грамматики, которые трудно понять иностранцам).

Язык. Сознание. Коммуникация., Москва: МАКС-Пресс, вып.14, стр.

114-118.

Одинцова 2004 – И.В. Одинцова, Звуки. Ритмика. Интонация:Учебное пособие.

Москва: Флинта-Наука.

Прагматический аспект анализа русской речи и обучение русскому языку...

Формановская 2007 – Н.И. Формановская, Речевое взаимодействие: коммуникация и прагматика. Москва: ИКАР.

ПРАГМАЛИНГВИСТИЧКИ АСПЕКТ АНАЛИЗЕ РУСКОГ УСМЕНОГ ГОВОРА

И УЧЕЊЕ РУСКОГ ЈЕЗИКА КАО СТРАНОГ

Учење руског језика као страног с циљем да се њиме овлада као средством комуникације претпоставља формирање комуникативне компетенције код ученика и њене важне компоненте – прагмалингвистичке компетенције чему доприноси ослањање на резултате прагмалингвистичке анализе руског говорног језика. На тај начин издвајају се она својства језичких јединица која су повезана с факторима процеса комуникације (пресупозиције, комуникативна ситуација, карактеристике комуниканата и др.).

Оцена карактера (присуства/одсуства) пресупозиција и параметара комуникативне ситуације доприноси исправном одабиру облика свршеног и несвршеног вида глагола у изјавним исказима, у изражавању облицима прошлог времена општефактичког и конкретнофактичког значења, у коришћењу глагола кретања, као и у некатегоријалној употребу граматичких облика броја, инфинитива, облика заповедног начина, прошлог и будућег времена глагола.

Узимање у обзир комуникативне ситуације и статуса комуниканата веома је важно ради оријентације у одабиру језичких и говорних средстава у комуникацији, што омогућава да се спрече комуникативни неуспеси, поред осталог, у употреби облика обраћања, поздрава при сусрету и растанку, изражавања комуникативних интенција и модално-евалуативних значења.

Прагмалингвистичка анализа омогућава поред тога и да се диференцира учешће језичких средстава различитог нивоа (лексике, граматике, интонације) и прагматичких компонената комуникације у генерисању значења исказа у акустично уобличеном говору. Уопште узев, резултати прагмалингвистичке анализе руског говорног језика служи усавршавању функционално-комуникативног описа руског језика и самим тим шире лингвометодичку базу за његово учење као страног.

Кључне речи: прагмалингвистичка анализа усменог говора, прагмалингвистичка компетенција, компоненте процеса комуникације, пресупозиција, статус комуниканата, узроци комуникативних неуспеха, прагматички услови избора језичких средстава, употреба глаголског вида и глагола кретања, кекатегоријална употреба граматичких облика Получено 3 февраля 2011 г.

Елена Юрьевна Иванова Санкт-Петербургский государственный университет Санкт-Петербург, Россия

СЕМАНТИЧЕСКИЙ СИНТАКСИС В АСПЕКТЕ ОБУЧЕНИЯ

(ИНО)СЛАВЯНСКОМУ ЯЗЫКУ

Аннотация: Современная синтаксическая наука является, несомненно, семантически ориентированной. Семантические подходы к классификации синтаксических единиц открывают интересные перспективы для типологических исследований. В данной статье предлагается, во-первых, взглянуть на синтаксические структуры славянских языков через призму логико-семантического подхода, который позволяет группировать предложения в соответствии с динамикой формирования мысли, во-вторых, показать применение этой классификации в вузовском преподавании инославянского языка.

Ключевые слова: Логико-семантический синтаксис, функциональный синтаксис, славянские языки, обучение (ино)славянскому языку,

SEMANTIC SYNTAX IN TEACHING A FOREIGN SLAVIC LANGUAGE

TO SLAVIC SPEAKERS

Abstract: Contemporary research in syntax is undoubtedly semantically oriented. Semantic approaches to the classification of syntactic entities reveal promising prospects in typology. The present paper (1) argues for viewing syntactic structures of the Slavic languages in the logical semantic paradigm, which makes possible the categorization of sentences in accordance with the verbalization dynamics, and (2) to demonstrate the applications of this categorization in teaching a foreign Slavic language to Slavic speakers at the university level.

Key words: logical semantic syntax, functional syntax, Slavic languages, teaching a foreign Slavic language (to Slavic speakers) I. Славянские языки через призму логико-синтаксической Логико-семантический подход к изучению предложения выявляет, как в структуре предложения отражаются особенности «динамики» формирования мысли. Данный подход опирается на возможные связи тех сущностей, которыми оперирует человеческое мышление, – это вещи (предметы), свойства (понятия) и имена – вершины известного «семантического треугольника». Логико-семантический анализ, учитывающий коммуникативную перспективу предложения и Семантический синтаксис в аспекте обучения (ино)славянскому языку референциальные характеристики компонентов, позволяет определить вектор соединения вершин «семантического треугольника» и таким образом показывает, какой тип мысли выбирает говорящий, формируя связь между темой и ремой.

На основании этого Н.Д.Арутюновой [Арутюнова 1976] были выделены основных (наиболее частотных) «логико-грамматических начала»: 1) отношения экзистенции, или бытийности; 2) отношения характеризации, или предикации в узком смысле этого термина, 3) отношения номинации, или именования, 4) отношения идентификации, или тождества. Четыре названных вида отношений соотнесены с особыми логико-синтаксическими структурами: предложениями бытия, характеризации, именования, тождества. Предложения каждой группы объединены тем, какие сущности являются отправной точкой формирования предикации и в каком направлении движется мысль: 1) хотим ли мы заявить о существовании объекта в определенном фрагменте мира (связь «понятие предмет»): В этом городе есть университет; У него нет друзей; У меня на душе печаль; На деревьях иней; 2) сообщаем ли мы признаки предмета, статические или динамические («предмет понятие»): Маша умница; Море сегодня спокойно;

Ребенок читает; 3) называем ли его имя («предмет имя»): Этого мальчика зовут Коля; 4) или указываем на идентичность предмета другому, уже известному нам (отношения рефлексивного типа: «предмет предмет»): Это и есть твой брат Николай; Пострадавший – Иванов.

Несмотря на универсальность основных способов построения мысли, сопоставление на логико-семантических основаниях даже родственных языков, в частности славянских, убеждает, что при общности основных классификационных типов: 1) оказывается различным набор логико-синтаксических структур, реально представляющих те или иные логико-семантические отношения, 2) наблюдаются стилистические, прагматические, функциональные особенности при реализации одинаковых по форме моделей.

Предложения именования в славянских языках обладают сходными структурными характеристиками, но при выборе именующей модели в конкретном языке вступают в действие как функционально-прагматические, так и онтологические ограничения. Во всех славянских языках работают три основные логико-синтаксические структуры, выражающие именование: 1) бисубстантивные предложения, напр. рус. Познакомься, это Ира, болг. Аз съм Лиляна; Запознай се, това е Лиляна, серб. Упознајте се. Ово је Марија; Ја сам Марија; чеш. J jsem Kt‘a, в том числе и их неполные реализации; 2) глагольная семантически трехчленная модель, включающая объект именования (который может отсутствовать в поверхностной структуре), его имя и предикат – возвратный глагол:

болг. Тя се казва Лиляна; Казвам се Лиляна, серб. Зовем се Марија; Она се зове Александра, чеш. Jmenuje se Kt’a и 3) глагольная семантически четырехчленная модель, вводящая еще одного участника ситуации (того, кто осуществляет акт именования): рус. Все ее здесь зовут Асей, болг. Тя се казва Катерина, но той я нарича Рина, серб. Сви jе зову Саша, али jа jе зовем Сандра, чеш. Vichni j tady kaj Saa. Эта модель может реализоваться и как неопределенно-личная, в том числе расширительно, ср. закрепленную основную форму русского именующего предложения: Меня зовут Ирина.

При общности набора именующих моделей в сопоставляемых языках наблюдаются не только значительные расхождения в функциональной значимости каждой структуры и ее употребительности (это естественно и ожидаемо), но и дифференциация моделей в зависимости от типа именуемого объекта (лицо, предмет, животное, абстрактное понятие), от характера приписываемого имени (первичное или вторичное имя). Различается и количество ядерных (стилистически нейтральных и общеупотребительных) предикатов именования. Так, если в русском языке такими нейтральными предикатами являются только глаголы ряда звать, называть, а в чешском, например, – kat, jmenovat, то в болгарском языке в ядро входит не менее 5-6 лексем (казвам, викам, наричам, кръстя и др.).

Ср. небольшой отрывок из романа болгарского писателя Б.Райнова «Черните лебеди», который представляет несколько лексико-синтаксических вариантов именующих предложений (причем только о вторично присвоенном имени!):

Маргаритка беше Виолета. Само че Мими й викаше Теменужка под предлог, че трябва да се избягват чуждиците, а Таня я наричаше Маргаритка, — «Нашата Марго вероятно е очаквала да й донесем уиски» – подхвърли Васко Марго естествено беше пак Виолета. Васко я бе кръстил така, за да се разграничи от Таня. Понякога дори я наричаше Марго Фонтейн – за по-кратко, както сам обясняваше.

Ср. на этом фоне меньшие возможности в русском: Вообще-то по паспорту ее имя Алевтина, но ее здесь зовут Альбиной, а муж называет ее Алей.

Более того, при изменении онтологического типа объекта именования (лицо, предмет, животное, абстрактное понятие) те же предикаты в болгарском языке перераспределяют “сферы влияния”, поэтому при выборе модели и включенного в них глагола необходимо учитывать весь комплекс упомянутых выше факторов [Иванова 2009].

В целом сходен в славянских языках механизм формирования предложений идентификации. Наиболее распространенной структурой идентификации является бисубстантивное предложение, в котором обе именные группы обладают конкретной референцией: …эта дама была несомненно его петербургская рыжеволосая тетя…(В.Набоков); болг. Потърпевшият бях аз (В. Пасков); серб. Па он је баш тај човјек који је питао за тебе; чеш. Оna pece po cel ivot milovala jen jednu osobu, a tou byla ona sama (O.Bokov).

Однако эмфатическая идентификация в рамках бисубстантивных предложений обычно оформляется специфическими для каждого языка средствами.

Так, в русском языке это предложения с эксплицитным и акцентированным есть:

Не есть ли Чичиков переодетый Наполеон?; Тот мальчик с ведром и удочками я и есть; Та дама в беретике и есть Катя. Ср. и серб. Та дама са беретком Семантический синтаксис в аспекте обучения (ино)славянскому языку и јесте Каћа. В болгарском языке для этого активно используются клефтовые структуры, т.е. «расщепленные» предложения с перемещением акцентированного идентифицирующего компонента в начальную позицию, в то время как тематическая часть информации оформляется ограничительным придаточным:

Няма за какво да ми се извиняваш! Аз съм тази, която трябва да го направи (Е. Андреев); Панайотов беше този, който му се обаждаше, Панайотов беше този, който му предлагаше било билет за кино, било билет за театър...

(М.Радев). Для чешского языка значимую роль играет выдвижение глагольного компонента в начало идентифицирующей фразы: Kdy ji plavovlska s pomoci Divokho mue – byl to, vylo najevo, pan Kozyma – vythla na beh, byla ve tvi zelen a leela tm v bezvdomi (J.kvoreck).

Идентифицирующее значение, как известно, могут получить любые предложения с акцентным выделением ремы, указывающей на конкретное лицо – производителя действия: Как кто убил? Да вы убили, Родион Романыч!

Вы и убили-с… (Ф.Достоевский); —Поблуда! Кошелка старая!... – раздается крик на весь хутор. Это Вовка орет (Б.Екимов). Идентифицирующая именная группа подчеркивается в русском языке специальными средствами:

Да вы убили; Вы и убили-с; Это Вовка орет. В болгарском же языке в таких случаях «восстанавливается» личное местоимение-подлежащее (на фоне его нормативного отсутствия): Супермаркета разбих аз! (В.Пасков); Не съм го направил аз това.

Различия в построении бытийных предложений связаны прежде всего с зонами активности предикатов habere и esse. Отличия славянских языков в способах выражения обладания хорошо изучены, но распределение предикатов habere или esse в сфере экзистенциальных значений еще нуждается и в исследовании, и в объяснении. Так, в болгарском языке предикат habere участвует не только в формировании посессивных построений с личной формой глагола имам (Имам брат и сестра), но и предложений о существовании: в болгарском возможны модели как с безличным глаголом има, так и с глаголом съм: В гората има гъби;

На масата има телефон; Зад полето е реката; В лабораторията е Нинов. Это определяет сложную структуру бытийного типа предложений в болгарском языке, где центральной (прототипической) моделью являются предложения с безличным глаголом има, а предложения с глаголом съм находятся на периферии поля бытийности, т.к. их употребление связано с рядом ограничений – семантических, прагматических, референциальных. Не менее сложна ситуация с распределением бытийных предикатов и в других славянских языках.

В русском же языке главное противопоставление в сфере бытийных предложений, как известно, проходит по линии безглагольных и глагольных образований.

Именно глагольные конструкции представляют типичную бытийную модель: В холодильнике есть молоко и творог. Отсутствие глагола указывает на полную исчерпанность включаемых элементов в область бытия: В холодильнике – молоко и творог, на столе – хлеб и печенье. Безглагольные бытийные предложения отноРусский язык как инославянский III (2011) сятся к периферии поля бытийности: они могут вводить определенные объекты, формируют (при предметно-пространственном локализаторе) созерцательные сообщения в описательных текстах и др.

Наиболее сложную и объемную группу представляет характеризующий тип.

Здесь неизбежно обращение к более частным классификационным признакам, например, семантическим типам предиката, «онтологическим» классификациям глаголов и под.

Далее мы покажем, каким образом может быть применена данная классификация при обучении (ино)славянскому языку.

II. Функционально-коммуникативный синтаксис как этап обучения Традиционная вузовская подготовка студентов (бакалавров и специалистов) по основному (ино)славянскому языку в Санкт-Петербургском университете включает, помимо теоретических курсов, набор общепринятых аспектов изучения языка: аудиторное чтение (1-2-й семестры), грамматика (1-5-й семестры), разговор и домашнее чтение – в течение всего периода обучения, перевод (5–7-й семестры) и, в последнее время, «коммуникативная грамматика» (в первые семестры обучения), дополняющая начальный период обучения разговору и грамматике.

Очевидно, что на определенном этапе обучения (на старших курсах) требуется ввести функционально-коммуникативную перегруппировку имеющихся знаний, осуществить новую систематизацию языковых средств (от смысла, от функции), позволяющую применять имеющийся у студента языковой багаж, полученный на разноаспектных занятиях по языку, и расширять его функционально.

Занятия по разговору в том виде, как они традиционно преподаются в вузе, не могут выполнить эту задачу в полной мере, т.к. строятся не по функциональному, а по тематическому принципу (напр. «Библиотека», «Магазины», «Поликлиника»). В то же время даже такие тривиальные ситуации, как сообщение об имени лица, кроме как на первых занятиях по разговору, практически никогда больше не являются предметом обучения. Поэтому бывает, что студент заканчивает вуз с багажом первого курса, владея лишь элементарными конструкциями знакомства типа болг. Казвам се Ирина и Аз съм Ирина, но не имея никаких систематических знаний по поводу того, как разнообразна и сложна система именующих предикатов в изучаемом языке и каким правилам подчиняется выбор именующей структуры (см. раздел I выше). Этому алгоритму выбора модели надо осознанно обучать.

По какому принципу осуществить искомую функциональную переориентацию? Вообще говоря, можно использовать любую хорошо обдуманную семантическую типологию предложений, при условии тщательного соблюдения известных этапов коммуникативного обучения (знания – умения – навыки).

Семантический синтаксис в аспекте обучения (ино)славянскому языку Здесь будут представлены основные принципы авторского курса «Функционально-коммуникативный синтаксис болгарского языка» [Иванова 2006], который читается в СПбГУ.

Теоретико-методическая установка курса состоит в том, что обучение коммуникативным навыкам производится через призму логико-семантического синтаксиса, предполагающего группировку синтаксических структур в соответствии с основными способами формирования смысла (отношения именования, идентификации, существования, характеризации). Классификация Н.Д.Арутюновой, воспринятая как общая схема построения, привлекает серьезной научной базой выделения семантических (логико-семантических) отношений, как мы показали в первой части статьи. Но также она оказалась удачной и в методическом аспекте:

три из четырех семантических групп предложений (бытийные, именующие, идентифицирующие) целенаправленно не изучаются при преподавании болгарского, да и других славянских языков. Так, выше уже говорилось о зачатках изучения именующих предложений, которые далее не всегда получают развитие. То же касается и бытийных предложений. Основная бытийная модель (Тук има радио) вводится на первых уроках, но далее к данному типу предложений обращаются лишь случайным образом. Если же студентам не объяснить место конструкций с съм в системе бытийных предложений болгарского языка, а именно их периферийность, а значит стилистическое, прагматическое своеобразие, грамматические особенности на фоне ядерных има-предложений, им трудно будет осознать, почему употреблено съм, а не има во фразах: Наоколо са поля; Пред нас е обработен магнетофонен запис; Вътре в колата е адска жега и под. Без теоретического объяснения правильное владение бытийными структурами не может быть обеспечено.

Идентифицирующие же предложения (как рус. Это и есть твой вчерашний знакомый; Это он разбил окно) вообще не входят в грамматический или какой-то иной аспект обучения, поэтому студент может не получить навыков формирования болгарского «клефта» типа Как можах да го направя? Аз ли съм този, който го направи? (В.Пасков) и других закономерностей выражения идентификации и будет ошибочно пользоваться средствами актуального членения и словопорядка для передачи этого значения в болгарском языке.

Характеризующие (в широком смысле, т.е. приписывающие устойчивый или временный признак) предложения, имеющие многообразные семантические подвиды, особенно нуждаются в семантической и функциональной группировке для успешного выхода в коммуникацию. Наиболее эффективным представляется их обучение через призму семантических типов предикатов. Эти семантические подвиды (свойства, качества, состояния, процессы, события и их многообразные разновидности и реализации) требуют целенаправленного внимания, т.к. понимание принципов их формирования облегчает возможности функциональнокоммуникативной ориентации студента. Теоретический учебник для этого создан [Иванова 2009], а методическая разработка этой классификации для внедрения ее в учебный процесс – дело ближайшего будущего.

Коммуникативная направленность курса реализуется на этапе речевого расширения, сопровождающего каждый из изучаемых логико-семантических типов предложений. Этап речевого расширения предполагает постановку коммуникативных задач, которые решаются в рамках тех или иных речевых ситуаций.

Коммуникативно-ориентированная форма обучения способствует выработке активных речевых навыков общения в определенных коммуникативных ситуациях, обучает правилам языкового поведения, учит правильному выбору модели из ряда синонимических вариантов в зависимости от условий и целей коммуникации.

Отработка речевых ситуаций обязательно начинается с демонстрационного текста. Грамматическим ядром его служит изучаемый тип предложения, а в качестве рамкового окружения выступают речеэтикетные единицы и другие коммуникативно значимые языковые выражения (ср. при идентификации: Нямаше да те позная, при именовании Пропуснахме да се запознаем, Май не се запознахме), которые тоже таким образом функционально группируются.

При необходимости в рамках речевых ситуаций предлагаются лексические задания на расширение тематического словаря и грамматические задания на новом лексическом материале. Заключают тему творческие задания, предполагающие использование полученных коммуникативных умений и навыков в рамках видоизмененной речевой ситуации.

Например, после изучения способов формирования именующих моделей можно не только предложить привычные коммуникативные задачи «Представление и самопредставление», «Сообщение/уточнение официального имени» и др., но и уделить больше времени способам введения неофициальных (вторичных) имен и наименований, ср. образцы представления сокращенных имен: а) Името и е Катерина, но всички и викат Рина, б) Казва се Веселин, но чух, че му викат Веси, в) Казвам се Антоанета, за по-кратко – Тони, г) Можете да ме наричате Дани, иначе името ми е Даниела.

Этой же цели послужат и такие задания, как: 1) сообщения о людях (или персонажах) с интересными прозвищами и разъяснение причины появления прозвища (для чего имеются специальные конструкции); 2) выявление полных имен, соответствующих сокращенным типа болг. Венче, Теди, Стефи, Рени, Оги, Радо; 3) выявление сокращенных вариантов для соотносительных пар имен мужского и женского рода: Цветан и Цветана, Александър и Александра, Иван и Иванка, Петър и Петра, Даниел и Даниела; 4) или, например, вопросы такого рода: „Есть ли в вашем университете специальные названия для разных частей зданий? (Образец: Аудиториите, които се намират в дясната част на филологическия факултет, наричаме «школото», тъй като там наистина преди време е имало училище). Разумеется, для выполнения предложенных заданий требуется ввести и отработать не только многочисленные формулы и вопросы именования, но и обсудить социальную ситуацию с системой присвоения и формирования личных имен в Болгарии (причины разнообразия сокращенных, кратких и уменьшительных имен и совпадение образованных или исходных форм; процесс Семантический синтаксис в аспекте обучения (ино)славянскому языку „обновления” и „модернизации” имен, различие в формулировках анкет и т.д.).

На этом функционально ориентированном фоне студент лучше усвоит и такие не всегда очевидные языковые факты, как отличие объема понятий болг. „име” и рус. „имя”, а также болг. „собствено име” и рус. „имя собственное”.

Предлагаемый курс является методически открытым, он может быть эффективен при обучении и другим иностранным языкам. Это обеспечивается: а) общностью логико-семантических отношений в разных языках, б) укрупненностью семантических группировок предложений, что дает возможность разнообразного внутреннего дробления языкового и речевого материала, в) введением речевого расширения, открытого для самых разнообразных добавочных материалов и лингвистических вопросов, которые представляются важными работающему по этой системе преподавателю. Это касается как выбора коммуникативных задач и речевых ситуаций (они хоть и конечны, но все же достаточно многообразны для каждого семантического типа), так и, разумеется, всего того лексического, фразеологического, грамматического материала, который составляет «языковое сопровождение» ядерных семантико-синтаксических моделей в каждой речевой ситуации.

При ведении такого курса можно отрабатывать материал других языковых уровней и других аспектов языка.

Практически не ограничено при данном подходе внедрение новых тематических, семантических или словообразовательных групп лексики. Так, подраздел идентификации «Предложения о тождестве имен и значений», обучающий построению предложений номинативного и сигнификативного тождества, позволяет включить любые желаемые группировки лексики непосредственно в задания на поиск лексического эквивалента (номинативное тождество) или на толкование понятия (сигнификативное тождество). Приведем примеры заданий на сигнификативное тождество: а) Введите понятие (по образцу: Човек, който дава стая под наем, се нарича хазаин; Този, който живее на квартира и плаща наем, е квартирант); б) Дайте толкование понятию (по образцу: Гратисчия — Гратисчия е човек, който умее да влиза без билет, или пътник без билет. / Така наричат човек, който умее и обича да се снабдява с гратиси и др.); в) Знаете ли вы, кого называют в болгарском языке кафеджия, купонджия, рушветчия, келепирджия, вицаджия, покерджия, циркаджия, майтапчия, сметкаджия, катаджия, чейнчаджия, компютърджия. Дайте толкования этим существительным. Сформулируйте два значения суффикса джиj-/ чиj-; г) Какие новые значения появились в современном болгарском языке у следующих слов? Сформулируйте эти значения. Капанче, маймунка, вирус, трепач, връх, октопод, жабка, джоб, мутра, чадър, парче, верига, сапунен, жесток, задръстен.

В рамках данного курса возможно повторить (и, конечно, расширить) многие классические «предметные» разговорные темы: «Магазин», «Почта», «Библиотека», «Поликлиника», «Университет», «Театр» и др. Конечно, привычная структура подобных тем при этом трансформируется. Вот, например, как может 174 Русский язык как инославянский III (2011) выглядеть повторение темы «Библиотека» с максимальным использованием изучаемых бытийных предложений: На первом этаже находятся журнальный зал и столовая, а на втором этаже — пункт записи. Еще выше — зал гуманитарных и социальных наук, а также каталог. Около каталога — столики для работы с выдвижными ящиками. Тут же и заявки на литературу. Справа — зал открытого доступа, где находятся книги из подручного фонда.

Широки возможности обращения к вопросам словообразования, прежде всего в разделе «Предложения характеризации»: семантическое расширение изучаемой оценочной лексики позволит включить вопросы не только именного и адъективного словообразования, но и глагольного.

Почти все семантико-ситуативные группы единиц речевого этикета могут быть отработаны в речевой ситуации «Знакомство» (раздел «Предложения именования»), «Телефонный разговор», «Встреча со старым знакомым» (раздел «Предложения идентификации»).

Стилистическое разнообразие подобранных текстов позволит расширить все виды стилистической работы с языковым материалом. Некоторые задания могут (и должны быть) дополнены актуальными лингвистическими и внелингвистическими сведениями, напр. современными газетными текстами.

Вообще говоря, речевое расширение предполагает, что любая необходимая для изучения лингвистическая или страноведческая проблема может быть извлечена из подобранного преподавателем текста, в котором, однако, ведущую роль должны играть изучаемые семантико-синтаксические структуры.

Так, одна лишь ситуация телефонного разговора (необходимым этапом которого всегда является идентификация) может быть развернута в самых разных тематических направлениях. Напр. телефонный разговор в ситуации плохой слышимости, когда бывает необходимо назвать себя по буквам (болг.

буква по буква: А – като Ангел), дает возможность отработать еще раз правила произнесения букв в алфавите (которые в русском и болгарском различаются), и, конечно, основания, по которым выбираются в данном сообществе диктуемые буквы (имена городов? стран? людей?). Обсуждение темы «Навязчивые звонки»

или «Дружеский телефонный розыгрыш» позволяет максимально отработать вопросно-ответные реплики идентификации, вопросы идентификации и разнообразные средства выражения предположения.

Функционально-коммуникативное представление языковой системы в вузовском преподавании инославянского языка может стать тем курсом, который позволит активизировать имеющиеся у студента знания по всем аспектам практического языка на новом обучающем витке и дополнить их другими, функционально однородными, что несомненно будет способствовать более высокому уровню владения изучаемым языком.

Семантический синтаксис в аспекте обучения (ино)славянскому языку

ЛИТЕРАТУРА

Арутюнова 1976 – Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл: Логико-семантические проблемы. М.: Наука.

Иванова 2006 – Иванова Е.Ю. Болгарский язык. Функционально-коммуникативный синтаксис: Учебное пособие. СПб.: СПбГУ.

Иванова 2009 – Иванова Е.Ю. Сопоставительная болгарско-русская грамматика. Т. 2: Синтаксис / Под науч. ред. проф. Стефаны Димитровой. София:

СЕМАНТИЧКА СИНТКАСА СА АСПЕКТА НАСТАВЕ

У сваком словенском језику постоје логичко-синтаксичке структуре са значењем 1) битка, 2) идентификације, 3) карактеризације, 4) именовања. Инвентар тих структура близак је али не и истоветан у словенским језицима. У раду се показују сродности и разлике словенских језика у структури реченице наведених четирију типова.

Оваква класификација реченица показала се као ефикасна у учењу језика као (ино) словенског уколико се користи у функционално-комуникативном погледу – као теоријска основа за нову систематизацију језичких средстава (полазећи од смисла, од функције), која је потребна у професионалном оспособљавању студената старијих година.

Функционално-комуникативно представљање језичког система у високошколској настави инословенског језика може постати курс који ће омогућити да се активирају знања свих аспеката практичног језика која студент већ поседује у сврху новог образовног циклуса и да се допуне другим, функционално сродним, што ће несумњиво допринети вишем нивоу владања језика који се студира.

У раду се представља организација овакве наставе на СПбГУ у оквиру ауторског курса „Функционално-комуникативна синтакса бугарског језика“.

Кључне речи: Логичко-семантичка синтакса, функционална синтакса, настава и учење (ино)словенског језика, словенски језици Получено 2 марта 2011 г.

Светлана Владимировна Голяк Филологический факультет Белградского университета Белград, Сербия

ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ

И ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

ПРЕПОДАВАНИЯ РУССКОГО ЯЗЫКА КАК ИНОСЛАВЯНСКОГО

(на материале телефонного разговора) Аннотация: В работе в сопоставительном плане рассматриваются языковые особенности ситуации телефонного разговора (в русском и сербском), указываются частотные ошибки учащихся и даются практические рекомендации для преподавателей русского языка как инославянского. Анализ межъязыковых и межкультурных различий сгруппирован вокруг трех параметров: 1) лингвокультурный компонент, т.е. правильное формулирование обращений в дружеском и деловом общении, употребление полных и сокращенных имен, отчества, профессиональных и эмоциональных обращений; 2) клишированность телефонного разговора, т.е. наиболее частые фразы начала, прерывания, конца разговора и т.д.; 3) разговорный компонент (эллипсис, использование частиц и т.д.). Также анализируются лексико-семантические различия ряда сербских и русских лексем, используемых в телефонном разговоре.

Ключевые слова: телефонный разговор, лингвокультурный компонент, клише, языковая компетенция, сопоставительный анализ русского и сербского языков, методика преподавания.

LEXICAL-SEMANTIC AND LINGUOCULTURAL ASPECTS OF TEACHING RUSSIAN

LANGUAGE TO A SLAVIC SPEAKING AUDIENCE

(BASED ON A TELEPHONE CONVERSATION)

Abstract: In terms of contrastive linguistics, this article considers the characteristics of a telephone conversation (in Russian and Serbian), indicates frequent errors of students and provides practical instructions for the teachers of Russian as a foreign Slavic language. Analysis of the inter-language and cross-cultural differences is grouped around three parameters: 1) linguocultural component: the correct formulation of address in a friendly and business communication, the use of full and abbreviated names, middle names, professional and emotional address, and 2) clichs of the phone conversation: the most frequent phrase beginnings and the endings of the conversation, and 3) conversational components (ellipsis, the use of particles, etc.). It also analyzes the lexical and semantic differences of Serbian and Russian number of lexemes used in a telephone conversation.

Key words: telephone conversation, linguocultural component, clich, language competence, contrastive analysis of Russian and Serbian languages, methods of teaching.

Лексико-семантические и лингвокультурологические аспекты...

В настоящей работе рассматривается разговор по телефону как особая языковая ситуация, которую отличают следующие параметры: 1) ярко выраженный лингвокультурный компонент (особенности употребления личных имен, приветствия, обращения, вежливых форм и т.д.); 2) высокая степень клишированности речи; 3) наличие фонетических, лексических и грамматических признаков разговорного стиля. Учет данных параметров является необходимым условием для успешного формирования у учащихся навыков построения телефонного разговора на иностранном языке.

В работе представлены результаты сопоставительного анализа русских и сербских выражений, использующихся в разговоре по телефону. Также материал был собран в практической работе со студентами-русистами III курса филологического факультета в Белграде. Студентам предлагались устные задания по составлению телефонных диалогов, а также сочинения в форме телефонного разговора (напр., придумать окончание рассказа, где один человек намеревается позвонить другому).

Ситуации на занятиях касались как дружеского, непринужденного общения, так и делового (например, обращение к вышестоящему лицу с просьбой и т.п.).

Анализ ошибок, допущенных студентами в устной и письменной речи, позволил выявить наиболее частотные ошибки в рамках трех отличительных признаков ситуации телефонного разговора, указанных выше. Кроме того, некоторые ошибки студентов были вызваны несовпадением лексико-семантических и грамматических характеристик русских и сербских слов и выражений (глагольное управление и др.). В результате были сформулированы практические рекомендации по обучению сербоговорящих разговору по телефону.

1. Лингвокультурологические знания в ситуации телефонного разговора проявляются в правильном использовании выражений речевого этикета (приветствие, прощание, формы вежливости и т.д.), а также в правильном обращении к собеседнику.

В анализируемых работах студенты показали знание основных выражений и норм русского речевого этикета (например, обращение по имени и отчеству у русских, в отличие от сербов; наличие полных и сокращенных русских имен;

использование слова господин при деловом общении и т.д.). Ошибки заключались в смешении норм дружеского и делового общения, а также в обращениях, не характерных для русской речи (студенты употребили их под влиянием родного сербского языка). Рассмотрим наиболее частотные ошибки и соответствующие нормы, на которые необходимо обратить внимание обучаемых; в качестве иллюстраций приведем примеры из студенческих сочинений.

1.1. Употребление полных, официальных и сокращенных имен имеет важные различия в русском и сербском. В речи студентов встречались ошибочные употребления сокращенного имени с отчеством: *Анатолий Андреевич? Это Костя Семенович1 (Костя вместо Константин), что могло быть обусловлено Знак * здесь и далее указывает на неправильно сформулированную фразу.

незнанием сооношения русских полных и сокращенных имен в сопоставлении с сербскими именами. Например, полными именами у русских являются только Александр, Александра, в отличие от Саша, Саня, Шура, Шурик и т.д., которые используются только в дружеском общении, в семейном кругу и т.п., тогда как у сербов имена Саша, Сања и некоторые другие могут быть официальными, т.е.

записываться в паспорт.

Кроме того, личное имя, используемое в кругу семьи и друзей (надимак) у сербов имеет бльшую сферу употребления по сравнению с русскими сокращенными именами. Например, в сербских СМИ деятели культуры (актеры и т.д.) нередко именуются сочетанием «полное имя + сокращенное + фамилия»

или только «сокращенное имя + фамилия»: например, Велимир Бата Живојиновић, Корнелиje (Бата) Ковач и др. У русских сокращенные имена используются только в качестве своего рода сценических имен поп-певцов, в других ситуациях употребление подобных имен в СМИ не принято.

С другой стороны, при общении близких родственников употребление сокращенного имени является необходимым: так, в одном из студенческих сочинений в течение всего разговора один брат называет другого только Анатолий:

Анатолий! Брат мой! Это ты?… Спасибо, Анатолий… Договорились, Анатолий!

Ну, давай, пока! Более естественным здесь было бы включение в разговор форм Толя, Толик.

Не следует также обращаться по имени и фамилии, в чем сербские и русские нормы совпадают: *Здравствуйте, Анна Петрова, я так рад познакомиться в Вами!

1.2. Важно дифференцировать два обращения при деловом общении:

«господин + фамилия» и «имя + отчество», т.е. не употреблять слово господин при обращении по имени и отчеству: *Спасибо, господин Анатолий Андреевич!

вместо правильного Спасибо, Анатолий Андреевич; аналогично: *Костя набрал номер: «Господина Анатолия Андреевича, пожалуйста» вместо нормы «господин + фамилия».

Эффект несоблюдения речевых норм усиливается при употреблении слов разговорного стиля в ситуации делового общения, например, в диалоге: *– Ладно, господин Анатолий Андреевич! Созвонимся через неделю. – Хорошо, господин Костюков, всего доброго: использование слова ладно вместо хорошо, договорились и т.п.

В следующем примере неадекватное обращение к начальнику голубчик является намеренным, т.к. студент описывает поведение пьяного человека, пытаясь создать юмористический эффект: В конце Костя сказал начальнику:

«Голубчик, заходи к нам выпить пива. Будем петь песни: Рааасцветали яблони и груши…» – *Господин, что с Вами?», однако употребленное здесь обращение господин в конце разговора необоснованно.

При сравнении двух анализируемых форм обращения (или представления) важно также показать обучаемым, что форма «господин + фамилия» является Лексико-семантические и лингвокультурологические аспекты...

более дистанцированной и может употребляться с указанием должности, в отличие от формы «имя + отчество», в связи с чем формулируется следующее правило для обучаемых: не употреблять форму «имя + отчество» с указанием должности: *Здравствуйте, Вы разговариваете с министром внутренних дел Семеном Матвеевичем; *Алло, это офис начальника Анатолия Андреевича?

(слово начальник здесь лишнее).

1.3. Так называемые «профессиональные» обращения у сербов распространены намного больше, чем у русских, на что следует обратить внимание обучаемых, чтобы предотвратить появление неадекватных обращений наподобие:

*Добрый день, начальник, это звонит Костя (подчиненный звонит начальнику первый раз); *Преподаватель! Объясните нам это правило; *Это очень интересно, мой работник. Скажите, что Вам нужно?; *Спасибо Вам! – Не за что, сотрудник мой! (Ср. также в других ситуациях: сербск. мајсторе к водителю или мастеру, комшија в магазине, что нельзя переводить на русский дословно).

1.4. Различия в рассматриваемых языках также проявляются в отсутствии ряда обращений у русских, связанных с названиями родственников, а также другими лексемами: *Сестра, скажи мне… (ироническое обращение в сербском и неадекватный дословный перевод на русский); *Ой, муж, ты меня больше не любишь! – *Жена, я тебя обожаю; *Костя, ты придешь ко мне в гости? – Обязательно, друг! Мы договоримся; *Возлюбленная, я знаю, что Вы любите меня!

1.5. Языковая компетенция проявляется и в преимущественном употреблении тех выражений, которые в русской речи более частотны. Например, все студенты, безусловно, знают и употребляют приветствия Здравствуйте и Добрый день, однако использование только формы Добрый день в 29 сочинениях группы, состоящей из 30 человек, указывает на то, что здесь необходима соответствующая лексическая работа. Также необходимо включение упражнений для дифференцирования форм Здравствуйте (общение на Вы) и Здравствуй (общение на ты), которые, несмотря на знание нормы, смешиваются в речи: *Здравствуй, Дмитрий. Что Вам нужно?

Другие важные сведения об особенностях коммуникативного поведения русских и сербов содержатся в работах П.Пипера, И.А.Стернина, Л.Попович, А.Ю. Масловой, Е.А.Правды, Р.Драгичевич, Б.Вичентич и других (Коммуникативное поведение 2004).

2. Телефонный разговор отличается высокой степенью клишированности речи. Поэтому правильное употребление общепринятых выражений (а не буквальный перевод сербских клише) является признаком языковой компетенции учащихся. Наиболее частой ошибкой в анализируемых сочинениях студентов был дословный перевод: *Здесь Иван вместо Это Иван; а также смешение стилей:

Газета «Независимая». – *Алло, можно директора? (фраза непринужденного дружеского общения Можно директора? без приветствия и представления в данном контексте звучит некультурно).

Ниже приведены основные коммуникативные задачи в ситуации «разговор по телефону» и соответствующие им выражения, при этом указывается на наиболее частые ошибки учащихся. Ознакомление обучаемых с данными выражениями и ошибками до самостоятельного построения разговора по телефону будет носить предупреждающий характер и снизит число неправильных употреблений.

2.1. Начало разговора (реакция на звонок): рус. Алло (Алё) / Слушаю (никогда: *Пожалуйста) – сербск. Хало / Молим. Сербское Ало чаще употребляется «в функции проверки связи», как справедливо отмечает Б. Вичентич, в работе которой содержатся полезные сведения о разговоре по телефону у русских и сербов (Коммуникативное поведение 2004, 101).

Начало рабочего разговора может выглядеть следующим образом: «Прогресс», Иванов; или Журнал «Вог», добрый день, Аня (иногда также следует указание должности). Ср. сербск.: «Прогрес», Иванов (на телефону / поред телефона). В связи с этим частой ошибкой в студенческих работах в данной ситуации было употребление лишних слов это, у телефона и т.д.: *«Прогресс», это Сидоров; *«Прогресс», Сидоров у телефона.

2.2. Представление того, кто звонит (после приветствия): Здравствуйте, это Иван; Михаил Николаевич? Вам звонит Иван Иванов (реже – с Вами говорит, Вас беспокоит…) – сербск. Добар дан, Иван је овде / овде Иван. Здесь необходимо предупредить следующие частые ошибки: *Здесь Иван вместо Это Иван;

*Здравствуйте, говорит Андрей вместо *Здравствуйте, это Андрей; аналогично:

*Анатолий Андреевич? Здравствуйте. Костя говорит.

2.3. Проверка / «узнавание» собеседника: Это Миша?; Это Михаил Николаевич?; Господин Сидоров? – ср. сербск. Да ли је то Миша?; Да ли је то господин Сидоров?

2.4. Вежливое начало разговора может сопровождаться фразами: Извините, что я Вас беспокою…/что я Вас побеспокоил…; Простите за беспокойство; Вам удобно сейчас говорить?; У Вас есть несколько минут?; Извините, Вы не заняты?;

Простите, я Вас не отвлекаю (от работы и т.д.)? – ср. сербск. Извините што Вас узнемиравам... /што сам Вас узнемирио…; Извините ако Вас прекидам у нечему…; Имате ли пар минута?; Јесте ли заузети? В двух последних приведенных русских примерах проявляется характерное для русской нормы употребление форм отрицания для передачи вежливости, которые нередко переводятся на сербский утвердительными формами, ср. Вы не скажете…? – Да ли бисте рекли…? или Реците… 2.5. Непринужденное приглашение кого-л. к телефону: А Таня дома?; А Таню можно?; Позовите, пожалуйста, Таню (разговорные формы) – ср. сербск.

Да ли је Тања код куће?; Да ли је ту Тања?; Могу ли да добијем Тању?; Треба ми... В деловом разговоре используются фразы: Пригласите, пожалуйста, Татьяну Николаевну; Могу ли я поговорить с господином Сидоровым? – ср. Могу ли да добијем господина Сидорова?

2.6. В случае, если говорящий не представился, задается вопрос: А кто его/ её спрашивает? – ср. Ко га/је тражи?; Извините, а с кем я разговариваю? – ср.

Лексико-семантические и лингвокультурологические аспекты...

Извините, са киме разговарам? Рус. С кем имею честь? является устаревшей формой – ср. Опростите, са ким имам част? Невежливо в данной ситуации звучит следующий деловой диалог: Здравствуйте. Мне нужен Анатолий Андреевич. – Здравствуйте. Я Анатолий. *А Вы кто?

2.7. Сообщение об отсутствии или занятости запрашиваемого собеседника:

Его нет; Он вышел; Извините, он сейчас не может подойти к телефону – ср. Он није овде; Изашао је; Извините, тренутно не може да се jави. Также спрашивают: Что ему/ей передать? – ср. Желите ли да оставите поруку? Имате ли неку поруку? Частыми ошибками учащихся здесь было употребление именительного падежа с отрицанием: *Он не здесь вместо Его нет; *Он не в офисе вместо Его нет в офисе; *Таня не дома вместо Тани нет дома.

В случае, если звонящий сам просит передать информацию, он обычно говорит: Вы не могли бы ему передать, что… – ср. Могу ли да му оставим поруку? Ошибочным здесь является дословный перевод с сербского в вопросе: *Можно оставить ему сообщение?, а также в ответе: Пожалуйста (вместо:

Конечно и др.).

2.8. Сообщение о занятости и невозможности разговора от 1-го лица:

Извини, я (очень) занят. Я тебе перезвоню; Извини, я не могу разговаривать. Я перезвоню; Мы не могли бы созвониться позже?; Вы не могли бы перезвонить немного попозже? – ср. Извини, сад сам заузет / у гужви сам. Зваћу те касније;

Извини, тренутно не могу да разговарам; Тренутно сам заузет; Можемо ли да се чујемо, мало касније?; Јавићу се касније. При необходимости краткого сообщения занятому собеседнику говорят (в ответ на Я занят): Подожди-подожди…; Я только на минуточку; Я только хочу Вам сказать… – ср. Само да Вам/ ти кажем...;

Ја ћу врло кратко..; Само на кратко, да Вас обавестим...

2.9. Сообщение об ошибке (неправильном номере): Вы не туда попали; Вы ошиблись номером – ср. Погрешили сте (број); Грешка! Ошибочным является буквальный перевод: *Ошибка!

2.10. Сообщение о плохой связи: Извините, Вас плохо слышно / Вас не слышно; Что-что?; Повторите, пожалуйста, я Вас не расслышал. Слабо Вас чујем / Не чујем Вас – ср. Молим?; Поновите, молим Вас, нисам добро чуо.

2.11. Окончание разговора при непринужденном общении: Ну, все, пока;

Все, давай, пока; Созвонимся – ср. Здраво; Чујемо се. При этом следует показать обучаемым, что указанные русские фразы Ну, все, пока и Все, давай, пока употребляются в конце разговора, который мирно продолжался некоторое время, поэтому ошибочно использовать их в следующих контекстах: 1) Алло, Иван? Это Миша. – Извини, я занят, я тебе перезвоню. – *Ну, все, пока!; 2) *Ну, все, ладно!

Прощай, негодяй! – она взбешенно бросила трубку.

Отдельно следует подчеркнуть, что важно учитывать несовпадения в употреблении даже наиболее частотных и всем известных слов, таких как рус. извините, пожалуйста, слушаю – сербск. изволите, молим Вас/те. Так, вежливое начало разговора и вопрос у сербов может начаться со слов Молим Вас (или включать их), тогда как русские начнут такой вопрос скорее со слова извините: Извините, могу ли я поговорить с… вместо *Могу ли я поговорить с Петром, пожалуйста?

Сербское Изволите в ситуации, когда собеседник выражает готовность воспринимать информацию, передается рус. Слушаю Вас: ср. ошибочное Можно ему что-то передать? – *Пожалуйста (в данном случае пожалуйста не соответствует сербскому изволите, а может передавать шутливый смысл и указывать на крайне непринужденное общение). Русские в данном случае часто используют слово конечно, например: Вы не могли бы ему кое-что передать? – Да, конечно!

При передаче телефонного разговора в зависимости от его содержания студенты пытались выразить различные эмоции (например, радость, удовольствие в связи со звонком друга и др.). Употребление при этом фразеологизмов и других выражений с эмоционально-оценочным компонентом, общепринятых форм шутливых вопросов и ответов отражает богатство лексического запаса говорящего на иностранном языке: например, шутливое Богатым будешь в продолжение фразы Я тебя не узнал; Сколько лет, сколько зим в значении ‘Давно не виделись/ не созванивались’: Важно подчеркнуть, что фразеологизмы имеют устойчивый порядок слов (ср. *Сколько зим, сколько лет с ошибочным порядком слов), а также то, что дословный перевод с сербского в таких случаях не допускается:

например, сербскому Где си? в зависимости от контекста могут соответствовать русские фразы (Как я) рад тебя слышать; Куда ты пропал? Реакция на неожиданную информацию вместо дословного перевода с сербского *Не могу верить!

выражается формами Не могу поверить или Ушам своим не верю.

3. Для телефонного разговора, отражающего устную речь, характерно наличие слов и выражений разговорного стиля, а также соответствующих фонетических и грамматических особенностей речи (эллипсисы и др.). Однако при обучении иностранному языку следует вводить подобные формы в активное употребление достаточно осторожно, на основе предварительной работы с большим количеством соответствующих текстов.

Так, студенты пытались активно использовать частицы ну, да, ой для отражения естественного хода разговора и передачи сербских па, јао и т.д., однако во многих случаях употребление частиц было излишним или звучало не вполне вежливо. Ср.: Как Ваши дела? – Ну, хорошо (вместо вежливого: Спасибо, хорошо); *Разве Вы не Евгений Васильевич Пастушков? – Да, это я. – Ну, в чем проблема? – Ну, видите, я писатель романов, а не химических пособий.

4. Наряду с рассмотренными лингвокультурными и другими характеристиками коммуникации по телефону, в работе с учащимися необходимо сопоставление лексико-семантических и лексико-грамматических особенностей русских и сербских слов, часто использующихся в телефонном разговоре. Наиболее частые ошибки учащихся связаны с управлением глаголов звонить кому – звати кога:

ср. ошибочное *Костя позвонил моего начальника вместо моему начальнику, а также с разграничением ряда русских и сербских слов и выражений, таких, как передать привет – поздравити, поздороваться / попрощаться – поздравити Лексико-семантические и лингвокультурологические аспекты...

се; набрать номер – откуцати број; на другом конце провода – са друге стране жице; подойти к телефону, снять трубку / положить трубку – јавити се / спустити слушалицу: напр., *Начальник спустил трубку вместо положил. При выполнении задания рассказать о чьем-либо телефонном разговоре необходим учет вида и возвратности, а также смысловых различий глаголов видеть(ся) – увидеть(ся), слышать – услышать – послышаться в сопоставлении с их сербскими эквивалентами: ср. ошибочные *Мы так давно не увиделись! или *Никогда больше я не увидел ее; *На другом конце провода услышался голос моего начальника вместо виделись, видел, послышался.

5. Учет всех трех рассмотренных аспектов телефонного разговора в работе повысит языковую компетенцию обучаемых, что подразумевает усвоение следующих знаний и формирование соответствующих умений: 1) лингвокультурные сведения, включая правильное употребление дружеских, деловых, эмоциональных обращений, а также личных имен; 2) клише, соответствующие частным коммуникативным задачам телефонного разговора; 3) элементы разговорного стиля речи. Важную роль при этом играет сопоставительный анализ, который является неотъемлемой частью методики русского языка как инославянского.

ЛИТЕРАТУРА

Коммуникативное поведение славянских народов. Русские, сербы, чехи, словаки, поляки. Научные редакторы П.Пипер, И.А. Стернин. Воронеж, 2004.

Крючкова Л.С., Мощинская Н.В. Практическая методика обучения русскому языку как иностранному. М., 2012.

Щукин А.Н. Методика преподавания русского языка как иностранного. М.,

ЛЕКСИЧКО-СЕМАНТИЧКИ И ЛИНГВОКУЛТУРОЛОШКИ АСПЕКТИ НАСТАВЕ

РУСКОГ ЈЕЗИКА КАО ИНОСЛОВЕНСКОГ

Телефонска комуникација представља посебну језичку ситуацију која се одликује следећим параметрима: 1) високом улогом лингвокултуролошке компоненте, што се испољава кроз адекватну употребу личних имена, правила обраћања итд.; 2) великим бројем клишеа;

3) фонетским, лексичким и синтаксичким карактеристикама разговорног стила. Организација наставе уз примену наведених параметара, укључујући контрастивну анализу српских и руских језичких јединица, побољшава ефикасност наставе руског језика као страног у инословенском аудиторијуму.

Кључне речи: телефонски разговор, лингвокултуролошка компонента, клише, језичка компетенција, контрастивна анализа руског и српског језика, методика наставе.

Получено 27 июня 2011 г.

Ксения Валентиновна Фёдорова Казанский (Приволжский) федеральный университет Казань, Россия

ПРОБЛЕМЫ МЕЖСЛАВЯНСКОЙ ИНТЕРФЕРЕНЦИИ

ПРИ ПЕРЕВОДЕ И ОБУЧЕНИИ РУССКОМУ ЯЗЫКУ В

ИНОСЛАВЯНСКОЙ СРЕДЕ

Аннотация: Статья посвящена рассмотрению уникального явления на межславянском уровне — «наложению» семантики родного (инославянского) языка на русскую речь, ведущее к нарушению речевой коммуникации. Особое внимание уделяется выявлению факторов, способствовавших возникновению указанной интерференции. В работе даются практические рекомендации преподавателям русского языка как инославянского: необходимость апелляциии к причинам развития феномена, а также выявление типичных случаев нарушения норм с целью предотвращения ошибок.

Ключевые слова: межъязыковая интерференция, омонимия, энантиосемия, этимологическая синкретичность.

THE PROBLEM OF INTERFERENCE IN SLAVIC LANGUAGES

(TEACHING AND TRANSLATING ASPECTS)

Abstract: The article is dedicated to the phenomenon of interference – the semantic interaction of a native language with Russian, which causes some problems in speech communication. More attention is paid to the origin of interference. The author demonstrates the necessity to appeal to the reasons for the phenomenon’s emergence, to find and analyze all typical mistakes and gives some practical recommendations to the teachers of Russian for Slavic speaking students.

Key words: interference, homonymy, enantiosemy, etymological syncretism В свое время А.А.Реформатский утверждал: «Соблазн отождествления своего и чужого при изучении родственных или близкородственных языков лежит на поверхности. Но это именно и есть та провокационная близость, преодоление которой таит в себе большие практические трудности» [Реформатский, 1962:53].

Наложение семантики родного языка на неродную речь, зачастую ведущее к нарушению коммуникативной целостности, получило в лингвистической литературе номинацию «интерференция». Такие ее разновидности, как энантиосемия и омонимия в последнее время все чаще вызывают интерес лингвистов. Однако, если проблема межъязыковой омонимии, хотя и неоднозначно, но в принципе достаточно изучена, то вопрос о природе межъязыковой энантиосемии – существовании в генетически родственных языках слов, восходящих к одному этимону, но имеющих противоположное, антитезное значение, – до сих пор остается открытым.

Не останавливаясь подробно на теоретических предпосылках межъязыковой интерференции, попытаемся дать лингвистическое описание некоторых типичных ошибок с ней связанных, а также предложить рекомендации, нацеленные на их ликвидацию.

Существует распространенное мнение, что для носителей родственных, в данном случае инославянских языков, усвоение лексической и грамматической систем русского языка не должно вызывать особых осложнений. Однако практика показывает, что та методика обучения, которая существует в настоящее время, не уделяет достаточного внимания процессу поляризации значений в пределах однозвучных слов в славянских языках, а значит не до конца отвечает современным требованиям. Вместе с тем, весьма типичные ошибки в русской речи носителей других славянских языков являются следствием контаминации двух контрастных значений идентичных по звучанию слов: русское вонь, болгарское воня (неприятный запах) и польское wo, чешское vn, словенское vonj (аромат);

русское еда, украинское iда, белорусское еда (пища) и чешское jed (яд); русское насмешка, болгарское насмешка (обидная шутка, издёвка) и македонское насмевка (улыбка); русское вредный, болгарское вреден (ненужный, неважный) и сербское вредноси, словенское vreden (полезный); русское попирать (ущемлять) и польское popiera (поддерживать); русское заложник, болгарское заложник (насильственно задержанный человек) и чешское zlonik (защитник); русское клятва, болгарское клетва (уверение в чем-либо, обещание чего-либо) и сербское клетва, словацкое kliatba (ругательство, проклятие); русское гостить, сербское гостовати, украинское гостювати, болгарское гостувам (быть в гостях) и словацкое hostit’ (угощать, приютить, потчевать гостей); русское матерщина (неприличная брань, мат) и словацкое materina, чешское matertina (родной язык); русское никнуть (опускаться, пригибаться, ослабевать) и сербское никнути (взойти, прорасти, возникнуть), и т.д.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |


Похожие работы:

«Geographical Society of the USSR INSTITUTE OF KARSTOLOGY AND SPELEOLOGY Gorkii University in Perm PESHCHERY (CAVES) № 12—13 Former Speleological Bulletin founded in 1947 PERM 1972 Географическое общество Союза ССР ИНСТИТУТ КАРСТОВЕДЕНИЯ И СПЕЛЕОЛОГИИ Пермский ордена Трудового Красного Знамени государственный университет имени А. М. Горького ПЕЩЕРЫ выпуск 12—13 ПЕРМЬ — 1972 ОСНОВАН В 1947 ГОДУ Ранее выходил под названием Спелеологический бюллетень В настоящем очередном выпуске сборника, кроме...»

«ПУБЛИЧНЫЙ ДОКЛАД ДИРЕКТОРА ЛИЦЕЯ №1533 (ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ) за 2011-2012 учебный год Москва, 2012 Адрес лицея – Москва, 119296, Ломоносовский проспект 16 Тел./факс (495) 133-2435; Эл. почта – info@lit.msu.ru; Web-сайт – www.lit.msu.ru СОДЕРЖАНИЕ Общая характеристика лицея Особенности района Состав обучающихся Структура управления и самоуправления в лицее Условия обучения Материально-техническая база Кадровое обеспечение Финансовое обеспечение Учебный план и режим обучения Воспитательная...»

«ЦЕНТР МИГРАЦИОННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ИНСТИТУТ НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ РАН МИГРАЦИОННАЯ СИТУАЦИЯ В РЕГИОНАХ РОССИИ Выпуск второй ПРИВОЛЖСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ОКРУГ Материалы регионального семинара 10-11 апреля 2003, Чебоксары Москва 2004 ЦЕНТР МИГРАЦИОННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ИНСТИТУТ НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ РАН МИГРАЦИОННАЯ СИТУАЦИЯ В РЕГИОНАХ РОССИИ Выпуск второй

«Geographical Society of the USSR ALL-UNION INSTITUTE OF KARSTOLOGY AND SPELEOLOGY Gorkii University in Perm PESHCHERY (CAVES) N 16 Former Speleological Bulletin founded in 1947 PERM 1976 МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РСФСР ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО СОЮЗА ССР ВСЕСОЮЗНЫЙ ИНСТИТУТ КАРСТОВЕДЕНИЯ И СПЕЛЕОЛОГИИ ПЕРМСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. А. М. ГОРЬКОГО ПЕЩЕРЫ выпуск ПЕРМЬ— ОСНОВАН В 1947 ГОДУ РАНЕЕ ВЫХОДИЛ ПОД НАЗВАНИЕМ...»

«НЕКОНФИДЕНЦИАЛЬНО Евразийская экономическая комиссия Департамент защиты внутреннего рынка ДОКЛАД О результатах специального защитного расследования в отношении импорта зерноуборочных комбайнов и модулей зерноуборочных комбайнов, состоящих по крайней мере из молотильносепарирующего устройства, оснащенного или не оснащенного молотильным барабаном, системы очистки и двигателя, установленных на несущем основании или раме-шасси, предусматривающих установку мостов, колес или гусениц, на единую...»

«ДОКЛАДЫ ПЕРЕСЛАВЛЬ-ЗАЛЕССКОГО НАУЧНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬНОГО ОБЩЕСТВА ВЫПУСК 19 Курные избы Переславль-Залесского уезда Санитарная оценка крестьянских жилищ в селе Нагорье и деревне Черницкой Москва 2004 ББК 26.89(2Рос-4Яр) Д 63 Издание подготовлено ПКИ — Переславской Краеведческой Инициативой. Редактор А. Ю. Фоменко. Обработка иллюстраций Н. А. Воронова, А. Ю. Фоменко. Д 63 Доклады Переславль-Залесского Научно-Просветительного Общества. — М.: MelanarЁ, 2004. — Т. 19. — 40 с. Нет аннотации. Некому...»

«Муниципальное образование Город Таганрог муниципальное общеобразовательное бюджетное учреждение средняя общеобразовательная школа № 3 им. Ю.А. Гагарина ул. Калинина 109, г. Таганрог, Ростовская область, Россия, 347913 /факс (8634) 36-24-00, E-mail: sсh3@tagobr.ru Уважаемые учредители, родители, обучающиеся, педагоги, представители общественности! Вашему вниманию предлагается ПУБЛИЧНЫЙ ДОКЛАД за 2013-2014 учебный год директора школы Цветковой Е.Н. Средняя общеобразовательная школа №3 им....»

«УТВЕРЖДЕНО постановлением Отделения историко-филологических наук Российской академии наук от 30 января 2013 г. № 17 ПОЛОЖЕНИЕ о порядке проведения археологических полевых работ (археологических раскопок и разведок) и составления научной отчётной документации Москва 2013 1 Содержание 1. Общие положения....................................................... 3 2. Виды археологических полевых работ..........................»

«Правовые коллизии при защите интеллектуальной собственности в России1 Аннотация: В настоящей статье дан анализ правовых коллизий в российском законодательстве и практике правоприменения при защите интеллектуальной собственности с учетом множественности источников права, одновременно действующих в России в сфере интеллектуальной собственности и содержащих принципиально разные подходы к ее пониманию, охране, использованию и защите. Предложены подходы к их решению, в том числе на конкретных...»

«МОСКОВСКИЙ ЦЕНТР КАРНЕГИ Владимир Милов, Иван Селивахин ПРОБЛЕМЫ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ Рабочие материалы № 4, 2005 Москва Серия Рабочие материалы основана в 1999 г. © Carnegie Endowment for International Peace, 2005 Полная или частичная перепечатка данной публикации возможна только с письменного согласия Московского Центра Карнеги. При цитировании ссылка на издание обязательна. Московский Центр Карнеги Россия, 125009 Москва, Тверская ул., 16/2. Тел.: (095) 935-8904. Факс: (095) 935-8906. Эл....»

«Доклад Заработная плата в мире в 2010–2011 гг. Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии Доклад Заработная плата в мире в 2010–2011 гг. Политика в области заработной платы в период кризиса Доклад Заработная плата в мире в 2010–2011 гг. Политика в области заработной платы в период кризиса Группа технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии © Международная...»

«Православіе и Культура ПРАВОСЛАВIЕ И КУЛЬТУРА СБОРНИКЪ РЕЛИГІОЗНОФИЛОСОФСКИХЪ СТАТЕЙ Проф. Е. В. Аничкова, Г. Е. Аанасьева, А. А. Бема, М. А. Георгіевскаго, В. В. Зньковскаго, П. И. Новгородцева, А.Л.Погодина, А.В.Соловьева, Ф.В.Тарановскаго и C.B. Троицкаго подъ редакціей ПРОФ. В. В. ЗНЬКОВСКАГО РУССКАЯ КНИГА БЕРЛИНЪ 1923 Copyright by „Russkaja Kniga 1922 Вс права сохранены за издательствомъ Русская Книга. ОТЪ РЕДАКТОРА. Настоящій сборникъ статей на религіозно-философскія темы является первымъ...»

«Изменение климата, 2001 г. Обобщенный доклад Обобщенный доклад Оценка Межправительственной группы экспертов по изменению климата Нижеследующий доклад, утвержденный по каждому пункту на пленарной восемнадцатой сессии МГЭИК, состоявшейся в Уэмбли (Соединенное Королевство) 24-29 сентября 2001 года, представляет собой официальное согласованное заключение МГЭИК по ключевым выводам и неопределенностям, содержащимся в документах рабочей группы, представленных в качестве вклада в подготовку Третьего...»

«Духоборы в Грузии: Исследование Вопроса Земельной Собственности и Межэтнических Отношений в районе Ниноцминда Хедвиг Лом Европейский центр по делам меньшинств, рабочий доклад #35 Ноябрь 2006 EUROPEAN CENTRE FOR MINORITY ISSUES (ECMI) ECMI Headquarters: Schiffbruecke 12 (Kompagnietor) D-24939 Flensburg Germany +49-(0)461-14 14 9-0 fax +49-(0)461-14 14 9-19 Internet: http://www.ecmi.de ECMI Tbilisi office: 16 Paliashvili St, 2nd Floor, 0179 Tbilisi, Georgia. (32) 223 833 ECMI Akhalkalaki office:...»

«Стенограмма заседания клуба Триалог 5 октября 2006 СТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ АТОМНОЙ ЭНЕРГЕТИКИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Докладчик: Владимир Михайлович Мурогов, Доктор технических наук, профессор Государственного технического университета атомной энергетики, заместитель Генерального директора МАГАТЭ (1996-2003 гг.) В.А. Орлов: Доброе утро, коллеги и гости Клуба Триалог. Я рад открыть наше очередное сегодняшнее заседание. Для тех, с кем мы не знакомы, меня зовут Владимир Орлов. Я директор ПИР-Центра,...»

«№ 6 (117). Июнь 2014 г. Корпоративное издание ООО Газпром трансгаз Томск ЧитАйте в номере: ПАВОДОК НА АЛТАЕ Репортаж о работе газовиков Алтайского ЛПУМГ в условиях паводка стр. 3 СТЕРЖЕНЬ УСПЕХА Репортаж с IV Фестиваля профессионального мастерства стр. 4– ГАЗПРОМ НА ПЕРЕДОВЫХ РУБЕЖАХ Доклад Алексея Миллера, Председателя Правления ОАО Газпром, на годовом собрании акционеров стр. 6– В СОГЛАСИИ С СОБОЙ И ПРИРОДОЙ Экологические акции газовиков стр. ГЕРОИ ТРАССЫ Репортаж с велопробега стр. 10–...»

«МИНИСТЕРСТВО ТРУДА, ЗАНЯТОСТИ И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН Материалы к докладу министра труда, занятости и социальной защиты Республики Татарстан А.Р. Шафигуллина на коллегии Министерства 17.01.2011 года, с участием Президента Республики Татарстан Р.Н. Минниханова Подведение итогов 2010 года и перспективы развития отрасли в 2011 году г. Казань – 2011г. 2 I. Состояние рынка труда В целом на рынке труда Республики Татарстан наблюдается рост показателей к аналогичному периоду 2009...»

«УТВЕРЖДЕНО СОГЛАСОВАНО СОВЕТ ПО ОБРАЗОВАНИЮ МИНИСТР ОБРАЗОВАНИЯ ЛЕСНОГО РАЙОНА ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ ПРОТОКОЛ № 3 ОТ 25.09.2013г. _ /Н.А. Сенникова/ Заместитель председателя Совета по образованию _ 2013 г. _ Н. В. Козлова МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ДОКЛАД СОСТОЯНИЕ И РЕЗУЛЬТАТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ ЛЕСНОГО РАЙОНА ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ с. Лесное 2013 год Введение. Анализ социально-экономического и социокультурного пространства муниципального образования Лесной район находится на северо-востоке Тверской...»

«Pragmatic Perl 10 pragmaticperl.com Выпуск 10. Декабрь 2013 Другие выпуски и форматы журнала всегда можно загрузить с http://pragmaticperl. com. С вопросами и предложениями пишите на editor@pragmaticperl.com. Комментарии к каждой статье есть в htmlверсии. Подписаться на новые выпуски можно по ссылке pragmaticperl.com/subscribe. Авторы статей: Сергей Романов, Сергей Можайский, Владимир Леттиев Корректор: Андрей Шитов Выпускающий редактор: Вячеслав Тихановский (vti) Ревизия: 2013-12-04 07:37 ©...»

«УТВЕРЖДЁН УТВЕРЖДЁН Единоличный исполнительный орган ОАО Олкон - Решение единственного акционера ОАО Олкон Управляющая организация - ЗАО Северсталь-Ресурс ООО Холдинговая горная компания Генеральный директор А.Д.Грубман № от _ 2010 года ГОДОВОЙ ОТЧЁТ открытого акционерного общества Оленегорский горно-обогатительный комбинат (ОАО Олкон) за 2 0 0 9 год Генеральный директор ОАО Олкон: В.А.Черных (по доверенности управляющей организации ЗАО “Северсталь-Ресурс” от 18.03.2009г.) Генеральный директор...»








 
2014 www.av.disus.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.